Modi não é de extrema direita, diz ministro da Índia
Um dos aliados mais poderosos do premiê, Hardeep Puri aposta em vitória de partido governista nas eleições
2024
Schutz vor Cyberattacken am Bürgenstock: Die SRG wappnet sich
Die SRG stellt Medienhäusern weltweit Material aus dem Bürgenstock bereit. Sie rechnet mit russischen Störaktionen.
ОУН-УПА* в Нормандии, “Финский залив”, попасть в Бюргеншток: утренний кофе с EADaily
1. Военный эксперт Руслан Татаринов сообщил в своем телеграм-канале, что сыновья украинских депутатов избежали отправки на фронт. Однако мобилизации они избежали даже после вступления в силу закона об ее ужесточении 18 мая 2024 года. По словам Татаринрова… 31 мая 2024. EADaily
习近平同赤道几内亚总统奥比昂会谈-新华网
5月28日下午，国家主席习近平在北京人民大会堂同来华进行国事访问的赤道几内亚总统奥比昂举行会谈。两国元首宣布，将中赤几关系提升为全面战略合作伙伴关系。
Посол России в Швейцарии уточнил ситуацию с конференцией в Бюргенштоке по Украине
Россия отвергает участие в швейцарской конференции по Украине, называя ее попыткой навязать ультиматумы
Zelensky invites Joe Biden, Xi Jinping to attend Ukraine peace summit amid war
Ukrainian President Volodymyr Zelensky invites US President Joe Biden and China’s President Xi Jinping to a peace summit in Switzerland, emphasizing the need for global leadership to ensure peace commitments are fulfilled.
Zelensky invite à Lucerne les présidents américain et chinois
Le président ukrainien souhaite la participation de Joe Biden et de Xi Jinping pour le Sommet pour la paix en juin.
Biden looks to counter China’s influence as he rolls out red carpet for Kenya
When Kenyan President William Ruto touched down in Beijing seven months ago, he was welcomed on the tarmac with a red carpet and cordons of Chinese troops standing at attention. Among the goals of his three-day state visit in October: Securing another $1 billion in loans from China to help complete infrastructure projects.
Ebrahim Raisi dies in helicopter crash: What does Iranian President’s death mean for India-Iran ties?
Iranian experts believe that Raisi’s death won’t change the India-Iran status quo since the Supreme Leader, not the President, determines the broader contours of Iran’s foreign policy.